Владимир ДВОРЕЦКИЙ... (dtzkyyy) wrote,
Владимир ДВОРЕЦКИЙ...
dtzkyyy

Categories:

-153. Анализ крови

Сахалин


Недавно в ФБ столкнулся с традиционно пренебрежительным отношением к Польше и полякам в одном эсхатологическом тексте, один из комментаторов к которому написал, что Польша сегодня никому не интересна. Мол, карты уже розданы и разделят ее в очередной раз.

Ответил комментатору, что Польша интересна была всегда. И до разделов. И после. Интересна она и сейчас. Только никто ею не интересуется. А она - как анализ крови. Для профана она красная, теплая, соленая, у всех одинаковая. Для специалиста, рассматривающего ее под микроскопом и осаждающего ее в центрифуге, она - текст, заключающий в себе прошлое, настоящее и будущее.

Короче говоря, один френд спросил меня про сахалинских поляков. Про европейских и сибирских поляков знаю много, а про сахалинских не было повода.

Я ведь и сам "двоюродный сахалинец". На острове рабом на галерах трудился брат польского идола Юзефа ПИЛСУДСКОГО, Бронислав, кстати, взявший себе в жены бабу из айнов и имевший от нее потомство. С одной стороны он проходил по делу с братом ЛЕНИНА, Александром-удавленником, а с другой, - его ближайшая родственница была ятровкой директора одной питерской гимназии, впоследствии приподнявшегося до замминистра народного просвещения - Н.М. АНИЧКОВА, то есть ятровка замминистра по сути дела была удальцовской женой. Лоббисты Бронислава утверждают, что его оговорили, он ни в чем не виноват, просто к полякам тогда относились хуже, чем к евреям. Типа что с евреев взять, - азиаты, богохульники, а это – свои, славяне, из христиан, а вот на тебе...

Слава Богу, сегодня происходит рекогносцировка с переоценкой. Впрочем, статья написана поляком в начале 2000-х гг и носит на себе "отпечатки времени", проявляющиеся в характерной фразеологии и интонации.



***

Поляки на Сахалине

Остров, на языке аборигенов называемый Ыч Мыф, в 1643 году открыл для Европы голландец Мартен де ВРИЕС. Сотни лет он считался манчжурской окраиной, отсюда это его манчжурское название. Затем, вместе с Манчжурией остров вошел в состав Китая, чем объясняется японское его название Карафуто («китайский остров»). Во время Крымской войны (1853-1856) царская Россия под предлогом защиты своих дальневосточных рубежей от англо-французских войск, расширила свое влияние, захватив в 1853 году среди прочих территорий и Сахалин. Под предлогом оказания помощи Китаю в подавлении восстания «тайпинов» в 1855 Россия смогла обеспечить себе поддержку китайских властей на аннексию северной Манчжурии и острова Сахалин. Против подчинения острова не возражала тогда и Япония, поэтому с 1855 по 1875 годы Сахалин находился под совместным российско-японским управлением, а после 1875 года Россия дипломатическими мерами вынудила Японию отказаться от своих претензий на остров.

Одновременно с русскими на Сахалине появились и поляки (солдаты, призванные в российскую армию и путешественники.

Первыми польскими путешественниками на Сахалине были Владислав БОГДАНОВИЧ и Фредерик ШМИДТ, - оба связанные с исследовательскими интересами генерал-губернатора Восточной Сибирии отчужденных им от Китая земель Николая МУРАВЬЕВА-АМУРСКОГО*). БОГДАНОВИЧ, в качестве капитана судна «Стрелок» в 1858-59 гг. проводил исследование южных берегов Сахалина, а ШМИДТ в 1859 году был от Сибирского отделения Российского Географического общества назначен руководителем сухопутных экспедиций.

*) Памятник которому изображен на купюре достоинством в 5000 рублей.

В 1871-72 гг. в течение 9 месяцев растительность, климат и почвы Сахалина изучал известный польский ботаник Томаш АВГУСТИНОВИЧ (1809-1891). Он же проводил этнографические наблюдения над островитянами. Этой теме посвящены его работы «Жизнь русских и инородцев на острове Сахалин» («Всемирный путешественник», 1874, №2) и «Краткие заметки о почве и климате острова Сахалина в отношении к хлебопашеству» («Берег», 1880, №6). Десятью годами позднее в экспедицию на Сахалин отправился великий польский зоолог и исследователь Восточной Сибири Бенедикт ДЫБОВСКИЙ (1833-1930). В ХХ веке по Сахалину путешествовали: в 1903 году романист и этнограф Вацлав СЕРОШЕВСКИЙ (1858-1945), а также путешественник и журналист, литератор и политик Венчислав-Вацлав ПИОТРОВСКИЙ (1880-?). Он путешествовал и одновременно от имени действовавшего во Владивостоке Польского Комитета Спасения детей Дальнего Востока, - разыскивал польских сирот и детей-беспризорников – жертв большевицкой революции.

Сахалин, отдаленный и изолированный от всего цивилизованного мира практически безлюдный остров, заселенный немногочисленными племенами айнов, гиляков и нивхов остров, в 80-х гг. XIX столетия стал местом ссылки практически всех каторжников, но главным образом политических*).

*) Подавление польского восстания в 1863 году, казни организаторов, репрессии и высылки для родственников и единомышленников их - бросили значительную часть поляков в объятья ко всем врагам «царизма», начиная с евреев с народовольцами, и кончая японцами.
 
Роль «незарешеченной тюрьмы» исполнял Сахалин до 1906 г. Сюда ссылали почти исключительно «смертников», которым «высшая мера» была заменена каторгой. А поскольку среди политических каторжников было много поляков, Сахалин занял заметное место в польской мартирологии. На Сахалин царские власти ссылали тысячи политических каторжников и среди них поляков было несколько сотен. В поселении Конума поляков жило так много, что ЧЕХОВ в своей повести даже назвал его «Варшавой».
 
Помимо того, что остров был одной большой тюрьмой, не оставлявшей ни малейшей надежды для каторжников, морозные зимы и голод (среди каторжников отмечались случаи людоедства), эпидемии косили как заключенных, так и аборигенов с колонистами, царские власти, и без того жестокие по отношению к государственным преступникам, высылали на Сахалин обычных уголовников со всей России для дополнительного терроризирования «политических».

После 1880 года на Сахалине появилось множество приговоренных к каторге польских «сицилистов». В 1885 году сюда было выслано 17 членов польской партии «Пролетариат». С некоторыми из них приехали жены, чтобы разделить их судьбу. По свидетельству ФОГЛЕРА, когда «осенью 1891 года, не выдержав издевательств и исключительно жестоких пыток от надзирателя ПАТРИНА, совершил самоубийство Петр ДОМБРОВСКИЙ, все политические ссыльные направили начальнику острова протест. В ответ губернатор приказал всех каторжников заковать в кандалы. Тогда ПЛОСКАЯ, ФОРМИНЬСКАЯ, СЛОВИК, ШМАУС и другие польские женщины вышли на манифестацию, которая длилась сутки. Губернатор свой приказ отменил» (ФОГЛЕР).

Другой член партии «Пролетариат» Хилярий ГОСТКЕВИЧ (1861-1928) за социалистическую деятельность среди работников Лодзи в 1885 году был арестован и на процессе 29 «пролетариев» был приговорен к 16 годам каторги. В 1897 был освобожден из ссылки и уехал во Владивосток. В Польшу он не вернулся, хотя и посетил родину незадолго перед смертью. Сахалинские «Воспоминания пролетария» были опубликованы в польском журнале «С поля битв» в 1927 году.

По этому же процессу 29 пролетариев к 16 годам каторги был приговорен и социалист Ян ХЕЛЬШЕР (1861-1933). В сахалинской ссылке он был вместе с ГОСТКЕВИЧЕМ. После освобождения в 1898 году он жил в Хабаровске, поскольку в Польшу вернуться ему не дали.

Похожую судьбу имел Станислав БУГАЙСКИЙ (1863-1927). Он тоже был членом «Пролетариата», а на Сахалине оказался в 1887 году. По окончании каторги в 1891 г. прожил в советской части Сахалина до 1927 года, с запретом выезда за его пределы.

Член «Пролетариата» Адольф Валерий ФОРМИНЬСКИЙ (1845-1928), приговоренный к 16 годам каторги, прибыл на Сахалин вместе с семьей. После освобождения, в 1904-14 гг. жил на российском Дальнем Востоке и только в декабре 1914 г. вернулся в Варшаву. По обретении Польшей независимости работал сотрудником Министерства Почт и Телеграфов. Одновременно был членом Товарищества бывших политзаключенных, а в 1927 году был избран почетным председателем его.

Членами «Пролетариата» были Станислав ГЛАДЫШ (р. 1862) и юрист Эдмунд ПЛОСКИЙ (1859-1942), а также жена последнего Мария ОНУФРОВИЧ-ПЛОСКАЯ (1862-1922). ГЛАДЫШ 10-летнюю каторгу на Сахалине отбывал в 1887-96 гг. В 1899 г. покинул остров и поселился в Благовещенске. ПЛОСКИЕ были сосланы на Сахалин в 1885 году. С 1897 они жили в Благовещенске, а во время революции в 1906 году, воспользовавшись тем, что южный Сахалин был присоединен к Японии, убежали в Японию. В возрожденной Польше ПЛОСКИЙ был председателем Окружного суда во Влоцлавеке (1918-1930).

Известным каторжником был Ян МАХАЙСКИЙ (1866-1926), деятель рабочего движения, от имени которого произошло движение, названное «махаевщиной». Он был приговорен к 6 годам ссылки в июне 1903 года, сбежал из этапной тюрьмы в Александровске и один из немногих выехал за границу, добравшись до Женевы.

Из сахалинских каторжников, которым не удалось вернуться в Польшу, назовем Казимира ТОМАШЕВСКОГО, Адама СЛОВИКА, Фелициана ВИЛЬЧИНЬСКОГО, которые после освобождения жили во Владивостоке.

Последней группой польских политических ссыльных в Сибирь и на Дальний Восток стали революционеры 1905 ггода.

Среди всех польских каторжников наибольшей славой пользовался Бронислав ПИЛСУДСКИЙ [см. следующий пост] (1866-1918), родной брат Юзефа (1867-1935), будущего маршала и начальника возрожденной Польши. Он известен россиянам не только своим участием в подготовке покушения на Александра III в группе Александра УЛЬЯНОВА, но своими заслугамии перед островом Сахалин и его аборигенами, которых полюбил, как родных, а они, в свою очередь, обязаны ему сохранением исторической памяти об их культуре, языке и истории. Почитателем ПИЛСУДСКОГО является современный сахалинский советский писатель Владимир САНГИ, избранный нивхами своим вождем после перестройки.

Про Бронислава ПИЛСУДСКОГО на русском языке написано довольно много, поэтому коснусь только некоторых малоизвестных и некритично истолковываемых фактов его биографии.

Обиженный властями в лучших своих чувствах, Бронислав Осипович их также не жаловал своею благосклонностью, все свои силы и энергию посвяв изучению сахалинских аборигенов, изучив три местных языка при знании японского, русского, польского, немецкого, французского и английского языков. Собранная, записанная и зафиксированная ПИЛСУДСКИМ на восковых валиках мифология и эпос стали бесценными источниками.

До сегодняшнего дня сохранилось около 80 восковых в ликов, которые только в 1983 году были реконструированы и прочитаны при помощи лазерной техники в университете Хоккайдо в Саппоро. На основе записанных ПИЛСУДСКИМ материалов был поставлен даже мюзикл, а японские дети распевают сегодня песенку "о чудных повествованиях, звучащих с восковых валиков дядюшки ПИСЮЦКОГО"...

Слава ПИЛСУДСКОГО как ученого и получение им медали Русского Географического общества стали причиной его досрочного освобождения из ссылки. Он стал одним из основателей краеведческого музея в Южно-Сахалинске, в котором до сегодняшнего дня хранится 70 собранных им экспонатов. По рекомендации Географического общества в 1899 году ПИЛСУДСКИЙ был назначен опекуном Владивостоцкого музея. В 1903-05 по инициативе Императорской Академии наук и Географического общества он был направлен в экспедицию на Сахалин для продолжения исследований над айнами и гиляками. ПИЛСУДСКИЙ вернулся в Польшу в 1906 году и жил поочередно в Кракове, в Закопане и Львове. Собранные им на Сахалине экспонаты и фотографии, экспонированные в Восточном институте в Варшаве, были уничтожены во время Второй мировой войны.

В ПНР научное наследие Бронислава ПИЛСУДСКОГО долгое время замалчивалось из-за считавшегося предосудительным родства. Только к концу 70-х гг. ученым было. Разрешено заниматься этнографическими материалами, собранными Брониславом. Была издана книга СВЕНКО "Вклад Бронислава ПИЛСУДСКОГО в религиоведческую этнографию" ""Религиоведческие исследоваения" 1979, №14), а прежде всего ценная монография А.Ф. МАЕВИЧА "Айны. Народ, язык, устная традиция" Познань 1984. В 1981 году был созван Комитет по спасению научного наследия ПИЛСУДСКОГО. С 1985 года состоялись три международные конференции (в Саппоро, Южно-Сахалинске и в 1999 году в Кракове), посвященные жизни и трудам ПИЛСУДСКОГО. В 2002 году Польская Почта выпустила марку с изображением Бронислава ПИЛСУДСКОГО в обществе аборигенов Сахалина в серии "Знаменитые поляки".

На Сахалине, судя по воспоминаниям ссыльных поляков, при царе селились практически одни только русские, которых можно смело назвать "духовными уголовниками" или "временно не осужденными преступниками", поскольку они жестоко эксплуатировали и третировали коренное население - айнов и гиляков.

ЧЕХОВ писал: "Эксплуатация аборигенов, помимо их спаивания с высмеиванием, иногда проявляется в весьма оригинальной форме. Так, например, купец ИВАНОВ (из Николаевска на Амуре)... Каждым летом ездил на Сахалин и собирал с гиляков дань. Должников же и волынщиков - вешал"...

Однако, именно аборигены - айны и гиляки - были нормальнвми людьми на Сахалине, придерживающимися твердых нравственных принципов. Еще более подробно, чем ЧЕХОВ, писал о кошмарной жизни сахалинских инородцев польский писатель Вацлав СЕРОШЕВСКИЙ (1858-1945), который посетил остров в 1903 году.  Именно тогда он познакомился с одним из польских каторжников на Сахалине, ПИЛСУДСКИМ, разговор с которым записал. ПИЛСУДСКИЙ говорил своему собеседнику: "Это была [речь идёт об айнах и гиляках. - Прим. перев.] на всем острове единственная нравственная отдушина, выгодно отличающаяся от всей окружающей ее унылой и безнадежной реальности. Я сблизился с этими вымирающими и третируемыми людьми, чтобы отдохнуть душой среди них, надышаться чистым воздухом и помочь. Им все труднее было выживать только рыболовством и охотой в новых усвиях после массового нашествия русских. Я старался научить их огородничеству, главным образом выращиванию картофеля. Дело, правда, шло тяжело.   Показал им, как засаливать рыбу, лечил их, прививал оспу, учил читать и писать, поскольку школ для абориге ов не было. Я был их переводчиком и посредником в отношениях с властями, научившись говорить на их языке, а точнее, на трех их языках. Я пользовался у них полным доверием и был принят ими в качестве члена их рода. Все молодые гиляки назы али меня своим старшим братом. Во время пребывания своего среди айнов я организовал первую школу для их детей и на протяжении одной зимы обучал их в интернате, возникшем благодаря помощи местных властей и некоторых частных лиц".

Во время своей второй научной экспедиции на Сахалине в 1903-05 гг.*), будучи уже свободным гражданином, ПИЛСУДСКИЙ жил в поселке Аи, где влюбился в аборигенку Хухсамму, родственницу вождя Кимура БАФУНКЕ, которая вскоре родила ему сына.

*) Русско-японская война. "Зверобой" Фенимора КУПЕРА.
 
Жена польского каторжника София ПЛОСКАЯ была основательницей если не первой, то одной из первых школ на Сахалине в конце 80-х гг. XIX века, в которой учились дети местных русских и аборигенов, которыми она также интересовалась.

После многочисленных тяжб царские власти согласились на учреждение католического прихода для польских каторжников на Сахалине. Он появился в Александровске в 1896 г., а костел возвели польские каторжники годом позже. В 1909 году приход посетил епископ-суфраган Могилевский Ян ТЕПЛЯК. Папа Пий XI буллой от 2 июля 1923 г. основал Владивостокскую децезию, к которой относились российские края Приморский и Амурский, а также польский приход в Александровске на северном Сахалине. Ее первым епископом-ординарием стал владивостокский священник Кароль СЛИВОВСКИЙ.

После русско-японской войны 1904-05 гг. Победившая в ней Япония отжевала у России южную часть Сахалина, которая в течение последующих 40 лет была заселена и обустроена, в то время как российская половина до сих пор остается малонаселенной и неразработанной (в 1914 году на российской половине Сахалина проживало не более 10.5 тысяч человек). Тогда несколько польских ссыльных приняло японское подданство. Много польских каторжников сбежало с русской части острова в японскую, правда не все. Например, в Александровске до сего дня живут потомки ссыльных КОПРОВСКОГО, ЯНКЕВИЧА, а в Тымовске (Дербинске) - МАЛИШЕВСКОГО и ЗАЛЕВСКОГО. Следующая группа поляков прибыла на Сахалин в 1918-22 гг., убегая от большевиков; в 1920-25 гг. Япония оккупировала российскую часть Сахалина. Большинство поляков, как с российского, так и с японского Сахалина, а также беженцев из России вернулось в возрожденную Польшу. Меньшая часть осталась в японской части навсегда. Поляки работали там на полях, на лесоповале, на угледобывающих предприятиях. Некоторые занимались там мелким бизнесом (Б. ВЕЖБЯНЬСКИЙ). Однако, были и такие, которым улыбнулась судьба. В японской Конуме среди живущих здесь 50 семей потомков польских каторжников 20 семей могут быть причислены к весьма состоятельным, как например КОЗЛОВСКИЕ.

Это был единственный период в истории поляков на Сахалине, правда, - южно-японской его части, где поляки, польские граждане (количеством 50 человек) были свободны и жили нормальной жизнью; с 1934 г. там действовал Союз поляков на Сахалине, а при нем работала польская школа. Союз целью своей деятельности поставил защиту польскости, поддержку связи с Родиной и воспитание молодежи. Опекало Союз Польское посольство в Японии.

Тем временем, на советском Сахалине судьба немногочисленных поляков складывалась не лучше, чем в царской России. Особенно в период больших сталинских чисток. "В 1937 году, когда террор в СССР приобрел невиданные с гражданской войны масштабы, органы безопасности начали преследования советских граждан польского происхождения. Поводом для начала репрессий стало дело "Польской Боевой Организации" (Polskiej Organizacji Wojskowej), сфабрикованное НКВД*) по заказу властей. Жертвами провокации стали поляки, проживающие в СССР от Полесья до Сахалина включительно" (Wojciech Grzelak "Tryptyk bijski", Panorama Polska, Kanada, Czerwiec 2003).

*) Польская оптика. Вообразим себе ситуацию по ограничению степеней свободы наших либералов, которые считают их необоснованными, в то время как противоположная им часть населения молится: "Скорей бы уж".

Духовную опеку над поляками, проживавшими в японской части Сахалина после отчуждения ее от польской парафии в Александровске с 1905 года осуществлял французский миссионер о. Пьер ФУРЬЕ, а с 1908 года немецко-силезские францискане из Саппоро на о-ве Хоккайдо, которые в 1913 году основали свою постоянную миссию в Тоёхаре, а потом и филиалы ее в Одомари и Маоке. 18 лет (1913-31) там подвизался еще один польский силезец, о. Августин КОВАЖ из провинциата св. Ядвиги в Силезии. В краковском издании "Католические миссии" он опубликовал свою "Краткую историю Сахалина" ("Krótkа historiа Sachalinu"). О. КОВАЖ предложил властям поручить руководство миссией польским монахам, мотивируя это тем, что на японском Сахалине поляки составляли значительную долю среди тамошних католиков. После улаживания необходимых формальностей в 1930 году католическую миссию в Тоёхаре взяли в свои руки польские бернардинцы, фактически с 27 апреля 1932 г. Миссия в Тоёхаре относилась к польской бе нардинской провинции до 1948 года; 20 мая 1938 года ее статус был повышен до апостольской префектуры. Рядом с приходом в Тоёхаре находились крупные миссионерские филиалы: в Эсутори, Маоке, Охиси, Одомари, Симбе, Сиритори и Сисуке, а также - меньшие конгрегации в 13 других местах. Все они находились под опекой польских бернардинцев. Начальником польской миссии был до 1936 года о. Базилий (Герард) ПИОТРОВСКИЙ, затем его сменил Феликс ГЕРМАНН (до 1941-го и с 1945-го), а также Густав СТЫСЯК (1941-45). Им помогали в разное время польские отцы и братья: Паулин ВИЛЬЧИНЬСКИЙ, Захария БАНАСЬ, Станислав МУХА (умер в мае 1934 г., похоронен в Одомари-Корсакове), Владислав ПШИБЫШ, Максимилиан ХАНФ, Пий ЛЕВАНДОВСКИЙ, Рафал КРУКОВСКИЙ, Базилий АЛЕКСА. В 1938 году из фонда, собранного еще о. ПИОТРОВСКИМ, был построен красивый костел в Тоёхаре, главным образом, стараниями о. ЛЕВАНДОВСКОГО. В нем находился образ Ченстоховской Божией Матери.

 Помимо миссионерской работы среди японцев, польские монах окружили своей опекой всех польских католиков на острове. Брат Захария БАНАСЬ для этой горстки поляков организовал передвижную польскую библиотеку. За заслуги он был награжден орденом Polonia Restituta от польского посла в Токио Тадеуша РОМЕРА.

В 1934 г. Поляков, живущих на японском Сахалине, посетил писатель Александр ЯНТА-ПОЛЧИНЬСКИЙ (1908-74). Итогом этой поездки стали книги "Made in Japan" и "Земля круглая".

В Александровске на Сахалине в семье польских каторжников р дился Витольд ПЛОСКИЙ (1897-й951), агротехник, выпускник Ягеллонского университета и атташе Польского посольства в Москве в 1941-42 гг.

На Сахалине есть два польских топонима. Это: мыс БОГДАНОВИЧА и п-ов БОГДАНОВИЧА. Мыс БОГДАНОВИЧА был открыт Г. НЕВЕЛЬСКИМ во время его экспедиции 1853-54 гг., доказавшей, что Сахалин - не полуостров, как предполагалось ранее, а остров, и назван был так в честь Владислава БОГДАНОВИЧА, в 1858-59 гг. исследовавшего Сахалин; именно он составил подробное описание мыса, названного впоследствии его именем.

Полуостров БОГДАНОВИЧА на северном побережье Сахалина был так назван участниками советской географической экспедиции 1946 г., организованной в честь знаменитого польского геолога и исследователя Сибири конца XIX - начала ХХ века Кароля БОГДАНОВИЧА.

К сожалению, после начала японско-американской войны в декабре 1941 года японцы интернировали в специальном лагере всех поляков (среди них миссионеров ГЕРМАННА и БАНАСЯ), вместе с русскими и татарами, проживавшими на Сахалине*).

*) Айны с гиляками стерегли?

После объявления войны Японии Советским Союзом в середине августа 1945 года, то есть после победы над Японией США, Красная Армия заняла Южный Сахалин и присоединила его к СССР вместе с Курильскими островам, изгнав с островов сотни тысяч японцев, образовав в 1948 году Сахалинскую область.

С июня 1945 года по 1946 год главнокомандующим советскими войсками на Дальнев Востоке, в том числе во время войны (VIII-IX.1945) на территории Манчжурии и южного Сахалина был советский маршал Александр ВАСИЛЕВСКИЙ (р. 1895), происходивший из семьи обрусевших поляков с Белосточчины. В процессе битв с японцами ге оически отличился офицер польского происхождения ГРОТ-СЛЕПИКОВСКИЙ, который во главе отряда, насчитывавшего менее 200 солдат, мужественно противостоял превосходящим силам японцев числом в весколько тысяч бойцов. ГРОТ-СЛЕПИКОВСКИЙ - остается легендой острова по сей день.

СТАЛИН относился к полякам, бывшим японскими гражданами, как к своим рабам, отказывая им в возвращении в Польшу, куда вернулось в 1948 году всего 4 бернардинца из польской католической миссии в Тоёхаре (БАНАСЬ, ГЕРМАНН, КРУКОВСКИЙ и СТЫСЯК). И то потому, что за их выезд ходатайствовало Посольство ПНР в Москве, к которому все они обратились за помощью.

Советские власти сразу принялсь третировать польскость и католицизм. Костел в Тоёхаре, нынешнем Южно-Сахалинске, - после выезда на родину польских миссионеров, был превращен в библиотеку, в Одомари - нынешнем Корсакове, - в кожно-венерический диспансер, а деревянный костел в Холмске (Маока), в котором до 1948 г. Служили о. Густав ВИЛЬЧИНЬСКИЙ и о. Густав СТЫСЯК, был закрыт и - заброшенный - пришел в полную веткость.

После изгнания с острова почти полумиллиона японцев советские власти заселили освобожденные территории Южного Сахалина с развитой инфраструктурой тысячи советских колонистов (сегодня Сахалинская область вместе с относящимися к ней Курильскими островами) населени 546 тыс. граждан. Разумеется, поляки были и среди советских колонистов, которые прибыли сюда как по направлению, так и добровольно. Известный на острове гинеколог ГУЗЕВИЧ родом из Гродно, МОСЮКИ прибыли в Южно-Сахалинск из Львова. Ряд других поляков приехали из Казахстана и Сибири. Часть населения Сахалина образовалась в результате уникального перемешивания национальных субстратов часто в рамках одной семьи. Например, Цецилия ДИМОВА из Корсакова (Одомари) из рода ЧЕХАНЬСКИХ, имела в своей семье японцев, корейцев и русских, а ее двоюродных сестер звали Тасико ФУРКАВА, Сачко ФУРКАВА и Катей ГОЛУБЕВОЙ. После распада СССР и в связи с развитием местной нефте-газовой промышленности, на Сахалин прибыло множество иностранных специалистов, а среди них - поляков из США и Канады (Стэн  ЯРОЦКИЙ из Канады, который изобрел конструкцию Molib-Paka, или Майк ПЕТРОВИЧ из Лос-Анджелеса - врач в клинике SOS International в Зиме. На Сахалин стали приезжать также польские туристы и журналисты. Здесь были Ивона ТРУСЕВИЧ из "Речипосполитой" и Марек КОПРОВСКИЙ из "Воскресного гостя".

Сегодня, после распада Советского Союза в 1991 году, после нескольких лет жестоких преследований поляков советскими властями, польская община возродилась на Сахалине. Сначала в форме возрождения католицизма, а затем и польского национального самосознания. В Южно-Сахалинске (Тоёхаре) в 1992 году была восстановлена католическая парафия - сплав многих народов при доминации в ней корейцев и поляков. Среди людей, посещавших католические богослужения были семьи военнослужащих польского происхождения. Сначала островных  вообще, южно-сахалинских католиков, в частности, окормляли корейские священники: ксендзы Альфонс и Лаурентино. Потом прибыли американские духовники и, наконец, в 1999 году на Сахалин из Белостоцкой архидецезии прибыл польский каплан - кс. Ярослав ВИЩНЕВСКИЙ, он-то и стал настоятелем Южно-Сахалинского прихода. Кс. ВИЩНЕВСКИЙ много сделал для возрождения польскости на Сахалине. Когда он принимал приход, прихожанами были в основном корейцы, а когда был вынужден покинуть приход, большинство прихожан были поляками. Настоятель был костью в горле для русских и Русской Православной Церкви (об этом свидетельствует то, что ни один католический храм так и не был возвращен Католической Церкви). Когда во второй половине 2002 года кс. ВИЩНЕВСКИЙ  выехал на отдых до Японии и Южной Кореи, российские власти отказали ему в возвращении на Сахалин*).

*) В опалу настоятель попал по причине переименования прихода из южно-сахалинского в карафутский.

В 2001 году с. Ярослав ВИЩНЕВСКИЙ организовал в нескольких городах Сахалина выставку, посвященную Варшаве. В Корсакове впечатление от выставки были самыми превосходными. Он разбудил сахалинских поляков, пробудив дремлющую в них польскость. В ноябре 2001 г. По инициативе Анджея ПИОТРОВСКОГО и Анны КОЧЕТКОВОЙ там возникло Польское общество им. ГРОТА-СЛЕПИКОВСКОГО. Члены его целью своей ставили изучение польского языка и прививку своим детям хоть немного польскости. Южно-сахалинские поляки раз в месяц встречаются в краеведческом музее, основанном Брониславом ПИЛСУДСКИМ.

Мариан КАЛУСКИ, Австралия, 1 февраля 2005

Tags: 100 лет коту под хвост, британские ученые, иностранные агенты
Subscribe

  • -309. Обезьяний цирк

    Серый кардинал первого коммунистического правительства Польши при Болеславе БЕРУТЕ Якуб БЕРМАН в своем предсмертном интервью Терезе ТОРАНЬСКОЙ…

  • 228. Reality-show в психиатрической больнице...

    По "Свободе" Анна КАЧКАЕВА только что пропиарила телевидение " Дождь" на Corbina.tv. Посмотрел в полдень. Просторная…

  • Испанский сапог...

    В продолжение "атиклерикальной" темы, начатой в "мексиканских" постах, публикую очередной текст, представляющий из себя взгляд…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments

  • -309. Обезьяний цирк

    Серый кардинал первого коммунистического правительства Польши при Болеславе БЕРУТЕ Якуб БЕРМАН в своем предсмертном интервью Терезе ТОРАНЬСКОЙ…

  • 228. Reality-show в психиатрической больнице...

    По "Свободе" Анна КАЧКАЕВА только что пропиарила телевидение " Дождь" на Corbina.tv. Посмотрел в полдень. Просторная…

  • Испанский сапог...

    В продолжение "атиклерикальной" темы, начатой в "мексиканских" постах, публикую очередной текст, представляющий из себя взгляд…